Жанна Кравцова, 30.04

Чику почему-то всегда было не по себе, когда собака стоит на задних лапах. Собака, становясь на задние лапы, делалась похожей на униженного человека. Возвышаясь до двуногого существа, она каким-то образом становилась жалкой и униженной. Может быть, эти передние лапки, опущенные как тряпочки, может, неустойчивость всей ее позы вызывала в Чике ощущение униженности?
Чику было ужасно неприятно, когда кого-нибудь унижали. Особенно ему было неприятно, когда унижали животное. Поэтому Чик никогда не учил Белочку стоять на задних лапах и выклянчивать сахар!

— Я, я уже в аду, и я не ошибаюсь насчёт него.
— Но какое это имеет отношение ко мне?
— Это чудовище, эта гнусная тварь — есть живое воплощение, сгусток человеческого зла. И если бы мне удалось избавить от него мир, моя жизнь была бы прожита не зря.