Арман Абдурасулов, 20.10.1976

Англичанин снова посмотрел на нукеров.
- Я,  — тихо сказал он,  — не совсем понимаю вас, русских. То, что вы свершаете здесь, в Баязете,  — беспримерно, хотя и не будет подлежать оценке истории. Однако в какую область психологии вы прикажете отнести ваш подвиг  — в область высокого мужества или же отупелого отчаяния?
- Я плохо владею вашим языком,  — пояснил Некрасов,  — и не могу сейчас подыскать нужное слово. Но по-русски это будет называться так: «самопожертвование». Это очень трудное слово, сэр, и не старайтесь его повторить.

Где чёрт не поможет, там бабу пошлёт.