Василий Рыбаков, 19.04

— А мне кажется, она горячая штучка.
— Я бы вдул.
— Ты бы всунул и в мелкодисперсный грунт в виде коллоидной суспензии.
— ?
— В грязь.

Солнечная система загадочна и красива, как мечта. Где-то на окраине она как дверь в портал. С ней тесно связан образ Поля, открывшего эту звезду. Персонаж его я храню в заветной шкатулке. В 80-х Поль осваивал Марс и в этой коробке я храню и его шлем космонавта, и ручку патефона, которую он крутил там, в вакууме космоса, есть и некоторые фрагменты обшивки космического корабля. Лондон Ливерпульевич очень впечатлительный товарищ. Всякий раз когда я открываю эту шкатулку он начинает комментировать: я вижу очертания образа. Они становятся ярче, четче, резче. Я волнуюсь. Поль Эссен живая легенда освоения космоса. Он открыл для нас, жителей галактики, Солнечную систему. Вот выступают из полумрака всё новые фрагменты. Так проявляется в гармонии вся гамма цветов, вся безупречность очертаний.
Лондон Ливерпульевич очень необычно формулирует свои впечатления: У меня безупречность очертаний всегда ассоциируется с дельфином или подводной лодкой. Теперь остается только напрячь силу воображения и довести дело до конца. Вот тут, в этом месте явственно слышен треск копий, рёв разбуженной стихии. Так проявляет свою мощь Сторона Ветров.