Андрей Казмирчук, 23.09

— Чего ты хочешь?!
— Я хочу жить.

— По поводу проверки. Что мы скажем ребятам?
— Правду. Что же ещё? Ещё не хватало переживать из-за того, что они нечаянно проболтаются комиссии про ZEKE.
— Ты прав. А что делать с сандинистами? Кажется, они ещё не все отплыли домой.
— Мне неудобно об этом говорить, но нельзя, чтобы комиссия увидела тут солдат из стран Варшавского договора. Проблема в том, что срочное преобразование большой группы солдат будет выглядеть ещё хуже.
— Хорошо, что Аманда сейчас на Кубе. Они бы её сразу узнали. Пока что ей лучше не высовываться.
— Все гражданские лица, кроме Хьюи, должны будут вернуться на родину.
— Даже твоя парижанка?
— Конечно. Мы дадим ей все нужные бумаги. Отъезд доктора Стрейнджлав пришёлся очень вовремя. Чем меньше людей, связанных с ZEKE, тем лучше.
— Погоди, она ушла?
— Точно, ты же был на задании. Она ушла на прошлой неделе. Разработка оружия с ИИ затихла, а ZEKE давно достроен. Ей и правда не зачем было оставаться.
— Странно, что Хьюи так легко её отпустил.
— Да, его страсть к Стрейнджлав не была ни для кого секретом. Он таскался за ней повсюду, пока велись разработки ZEKE. Её это здорово бесило. Но ему сейчас совсем не до неё. «У меня сейчас проблемы посерьезней», — вот что он сказал.
— Молодцом, Хьюи.