Николай Жирков, 18.11.1996

Посетитель кафе: — В чём тут хитрость?
Толберт: — Хитрость?
Посетитель кафе: — Где еда? Она не могла поместиться у вас в животе!
Толберт: — Не знаю... Я всегда больше всего на свете любил есть. Приходил в ресторан и заказывал всё меню. Но меня раздражала малая вместимость желудка. Семнадцать лет назад я загадал желание и, как ни странно, оно сбылось. Теперь у меня «чёрная дыра» в животе. Только приходится есть... так шесть — семь раз в день. Это дорого, поэтому я много путешествую, чтобы такие как вы за это расплачивались.
Посетитель кафе: — Сказки... [уходит]
Нил Оливер: — Простите мистер, я хотел спросить... Вам всё ещё нравится есть?
Толберт: — Нет, теперь это обуза.

Среди экипажей, родственников, носильщиков, негров, китайцев, пассажиров, комиссионеров и попрошаек, гор багажа и треска колес я увидел акт величайшей неторопливости, верности себе до последней мелочи, спокойствие — принимая во внимание обстоятельства — почти развратное, так неподражаемо, безупречно и картинно произошло сошествие по трапу неизвестной молодой девушки, по-видимому небогатой, но, казалось, одаренной талантами подчинять себе место, людей и вещи.