Женя Приходько, 18.07.1997

— Кастодия, вы что, хотели меня пощупать и решили замаскироваться таким предлогом? — прозвучал недоуменный вопрос, и до меня дошло, что же я делала последние несколько минут.
— Да нет, просто давно не работала с живыми, — пролепетала я, пытаясь сочинить достойное оправдание своему поведению. — И вы такой хороший анатомический образец. Адепты бы передрались за право вас вскрывать.
И тут раздался хохот. Я с опаской посмотрела на веселящегося магистра.
— Вы точно целитель? — все еще смеясь, поинтересовался Бриар. — Я уже слышал нечто подобное, только от некроманта.
— Извините, — пробормотала я, опуская глаза. — Как-то само вылетело.
— Ладно, вы только мне объясните, в чем моя анатомическая прелесть? — усмехнулся он.
— У вас идеальное телосложение, правильные пропорции, мускулатура хорошо развита, на такой одно удовольствие мышечные ткани изучать, — честно ответила я.
— Обещаю завещать собственное тело на исследования, — улыбнувшись, заявил магистр.

Пролетариев бояться нечего. Предоставленные самим себе, они из поколения в поколение, из века в век будут все так же работать, плодиться и умирать, не только не покушаясь на бунт, но даже не представляя себе, что жизнь может быть другой.