Андрей Ушаков

— Две сигнатуры? Две? Всего два новых Кайдзю у разлома, а не три, как я прогнозировал.
— У меня был невероятно тяжёлый день, ясно? А сейчас есть всего пять минут, пока мозг не погиб. И я не хочу тратить их на обсуждение твоей теории.
— ... должно быть три. Что-то не так. В этот раз три кайдзю должны выйти из разлома, а не два.
— Да ну?
— Три, а там два.
— Очень жаль. Обидно ошибаться.
— Я не ошибаюсь. Просто мы чего-то ещё не понимаем.
— Ну ладно. Мы ещё поспорим на счёт изъянов твоей модели моделирования в будущем, а в данный момент у меня вот-вот перегрузится нейромозг! Хочешь помочь? Помоги.
— Нет. Я не ошибаюсь. Есть лишь один способ узнать наверняка. Но для этого надо идти вместе... Я подключусь с тобой. Потому что... они делят нагрузку на мозг.
— Ты серьёзно? Ты пойдёшь на это ради меня? Вернее, ты пойдёшь на это со мной?
— Ну, когда альтернатива — это глобальное уничтожение, разве у меня есть выбор?
— Тогда, повторяй за мной: «Мы поимеем этого гада»!
— Ну, конечно! Мы все непременно поимеем этого гада!

— Почему ты не в постели, Мерси? — прорычал он. — У меня на столе на прошлой неделе умерла жертва аварии, так она выглядела лучше.