Виктория Конюшенко, 21.06.1994

— А в последнее время я понял одну вещь… — Он привлек меня к себе ближе, карие глаза заговорщицки блеснули.
— Выкладывай.
— Так уж получилось, что мне очень плохо удается держаться от тебя подальше. Это серьезная проблема.
— А ты хорошо старался? — улыбнулась я.
Он сделал вид, как будто задумался:
— Вообще-то, нет. И не рассчитывай, что буду это делать.

Друзья называли ее светлячком. Ей принадлежала всего лишь жизнь, со своими взлетами и падениями, порой счастливая, порой печальная, такая же, как и много других жизней. Просто она любила смотреть иначе: ей принадлежала целая огромная жизнь и уже это само по себе было поводом никогда не сдаваться и в восторге трепетать на ветру хрупким тельцем светлячка. Светлячок… Бедная, маленькая, наивная девочка, ты просто не успела узнать одно, то, что порождает глубокую, безумную, страшную ненависть: когда в небе сверкают светлячки, собственная безысходная ночь человека кажется ему еще чернее.