Станислав Шаповалов, 10.09.2007

— Сергей Александрович, я бы порекомендовал залечь в засаду и ждать, пока он выйдет.
— А если он так и не появится?! Если у него в избушке продуктов на три года, медикаменты, хорошие книги и туалет финского качества? На фига ему выходить? Да мы здесь всю неделю по кустам маскироваться будем, пока не завшивеем, а он там — сосиски трескать и ждать, пока нам не надоест. Штурмовать надо!

Нам не вернуть то невозможное лето. Оно бесследно расплавилось в темном золоте спелых колосьев. А чувства, некогда гордо возвышавшие нас к солнцу, устало склонили головы к земле, смирившись с поражением.
Как жаль, что мы не обрели в отношениях самого главного: доверия. То самое, с каким обычно, рука об руку, счастливые пары идут дорогой жизни. Нашего доверия хватило довести нас до перекрестка между цветущим маем и унылым сентябрем. Мы были юны и беспечны, чтобы понимать: насколько важно удержать этого верного попутчика... Ты уходишь с дождем, заботливо укутанная его плащом, расшитым жемчужным бисером.
Я закрываю глаза и подставляю лицо отчаянно кружащему ветру. Он яростно хлещет меня по щекам и губам до тех пор, пока не утихает его ревностный гнев.
Ощутив на губах солоноватый привкус проступившей слабости, я медленно открываю глаза. Сердце глухо молчит. Звенящая боль отдает в области ключицы, что до сих пор помнит трепет твоих поцелуев.
Нам не вернуть чувств, упорхнувших от нас беззаботными летними бабочками.
Тебя не вернуть. Пора возвращаться домой.