Рафаэль Магзанов, 14.02.2001

Мне говорила красивая женщина:
«Я не грущу, не ропщу.
Всё, словно в шахматах, строго расчерчено,
и ничего не хочу.
В памяти — отблеск далёкого пламени:
детство, дороги, костры...
Не изменить этих праведных, правильных
правил старинной игры!
Всё же запутанно, всё же стреноженно -
чёрточка в чертеже, -
жду я чего-то светло и встревоженно
и безнадежно уже.
Вырваться, выбраться, взвиться бы птицею
жизнь на себе испытать...
Всё репетиции, всё репетиции,
ну а когда же спектакль?!»
... Что я могла ей ответить на это?
Было в вопросе больше ответа,
чем всё, что знаю пока.
Сузились, словно от яркого света,
два моих тёмных зрачка.

— Логан, хоть я и терплю твоё курение в доме, будешь курить здесь — и всю оставшуюся жизнь будешь считать себя шестилетней девочкой.
— Ты можешь это сделать?
— Джин будет заплетать тебе косички. С возвращением.