Зарислава Шеф, 24.08.1986

Притупленное воображение силилось создать какие-то образы, помертвелая память пробовала прорваться в область прошлого, но образы выходили разорванные, бессмысленные, а прошлое не откликалось ни единым воспоминанием, ни горьким, ни светлым, словно между ним и настоящей минутой раз навсегда встала плотная стена. Перед ним было только настоящее в форме наглухо запертой тюрьмы, в которой бесследно потонула и идея пространства, и идея времени.

— Тактика Пачеко — рассказать тысячу выдумок, чтобы одна из них в итоге показалась похожей на правду. И если вы вступите с ним в переговоры, будет казаться, что он говорит тысячу истин.
— И что вы предлагаете?
— Используйте силу. Сильный король всегда в почёте. Народ поймёт, что ваше возмущение справедливо против такой клеветы!
— Сожалею. Но я вступлю в переговоры. Я должен избежать войны.
— Вы учитываете последствия такого решения?
— А вы? Можете учесть, сколько мужчин погибнет на поле брани? Можете хотя бы вообразить, сколько детей и женщин умрут от голода, потеряв урожаи? Мендоса, моя честь стоит гораздо меньше, чем всё это.