Антон Петровский, 25.07.1995

Она была красивой и далекой,
 но сердце наполняла ее грусть.
 Она была по жизни одинокой и уходила с мыслью: «Не вернусь». Она скрывала за улыбкой слезы, меняла маски лучше всех актрис.
 А в сердце от обид опять морозы,
 и прячет боль за густоту ресниц. Всегда, казалось, рядом были люди -
 и ухажеры были, и друзья, но не могли увидеть в сердце чудо,
 и не пытались заглянуть в ее глаза. Она была наивной, хоть и гордой. 
И верила беспечно в доброту.
Казалась многим сильной, даже твердой.
 Искала оправдание даже злу. Она не выносила лицемерья, и фальши за спиной и за глаза.
 Ее менялось часто настроение, 
но искренней всегда была душа. Ей так хотелось счастья звездопада! 
И чтобы боль в сердцах не оставалась.
 И чтобы понял кто-нибудь по взгляду — была ли сильной? Или же казалась...

Если бы нолдор, когда они забавлялись с мечами, пришло в сердце искушение ударить противника по-настоящему, в кровь — они устрашились бы этого искушения и стали иначе относиться к своей забаве. Они испытали бы это искушение раз, другой, и третий — и научились бы ему противостоять. Но они испытали его лишь единожды — и сломались... Искушение — не грех, это испытание. Чтобы не поддаться искушению, нужно вовремя отдать себе в нем отчет. Чтобы преодолеть Падение, нужно осознать его в себе. Столько раз, сколько потребуется.