Владимир Адоньев, 23.01

Со мной сложно, у меня нет черного и белого, чтобы понятно, у меня яркие брызги полутонов и прозрачные крылышки мотылька, оплавляющиеся при горячем пламени, потому что по-другому нельзя, по-другому неправда! Хрусталь бокала разлетится на вечные миллион осколков, на хрустальную звенящую дребезжащую пыль, переливаясь в свете полутонов моей жизни и вино, цвета граната похожее на кровь, заструится извилистой лентой... вот так... так правда, это и есть правда, когда пульс бьется под тонкой кожей убыстряя свой темп. «Сгоришь, глупый мотылек...» Сгорю... Пусть так, но не подойдя ближе, я остановлюсь... И это будет ложью. Проведи по моим венам, проведи по моим нервам, проведи взглядом... встань на нить тонкого лезвия бритвы, оставляя след, чтобы понять... вот запястье, держи, оно твоё. Оставь на нем свое дыхание, одно...