Владимир Кузнецов, 31.05

Чтобы общество оправдало любой террор, ему достаточно несколько месяцев бесконтрольной свободы — и всякий, кто дает эту свободу, сознательно или бессознательно желает именно окончательного закрепощения.
Целью революции никогда не было народное благо. В лучшем случае оно рассматривалось как одно из десятка побочных следствий, тогда как в основе всякой революции лежало гениальное самосохранение системы, иногда вынужденной прибегнуть к показному саморазрушению, чтобы тем верней воспрянуть из праха, когда необходимость ее вновь окажется подтверждена.

— Было бы очень хорошо, если бы все школьники в классе так десятом писали сочинение «Для чего я живу?»
— Абсолютно правильно!
— Потому что как только у тебя возникает мысль, что для того, чтобы купить новую модель айфона, то писать так как-то неудобно.
И еще. Кургинян говорит про постмодерн и связанную с ним философскую традицию. Проблема в одном. Экономическая база постмодерна разрушается у нас на глазах. И поэтому появился Трамп как возвращение к модерну. И когда мы к модерну вернемся, то тут неожиданно выяснится, что они возвращаются сейчас, а мы это сделали уже 25 лет тому назад. И по этой причине у нас есть очень сильное преимущество. У нас есть опыт этих 25 лет.