Илья Вишняков, 02.04

В таком состоянии, помню, находился я. Вот сердце мое, Боже мой, вот оно — взгляни во внутрь его, таким я его вспоминаю. Надежда моя, Ты, Который очищаешь меня от нечистоты таких привязанностей, устремляя глаза мои к Тебе и — освобождая от силков ноги мои-. Я удивлялся, что остальные люля живут, потому что тот, которого я любил так, словно он не мог умереть, был мертв: и еще больше удивлялся, что я, его второе «я», живу, когда он умер. Хорошо сказал кто-то о своем друге: «половина души моей». И я чувствовал, что моя душа и его душа были одной душой в двух телах, и жизнь внушала мне ужас: не хотел я ведь жить половинной жизнью. Потому, может быть, и боялся умереть, чтобы совсем не умер тот, которого я так любил.

В подростковом возрасте я точно научилась быть более напористой. Мне кажется, что молодые люди могут иногда бояться или пугаться людей у власти или кого-то, кто старше по возрасту, особенно если к ним неправильно относились. Все еще бывают моменты, когда я нервничаю, если мне приходится кому-то противостоять. Я очень чувствительный человек. Но нельзя бояться говорить за себя, высказывать свое мнение. Способность управлять ситуацией и проходить через все эти трудные времена – вот, что помогает нам расти.