Данияр Балгабаев, 14.09.1905

Что ни говорите, а рассудок играет решающую роль ещё до заказа пышной свадебной корзины с цветами, которые не позволяют всё же забыть о том, что завтра в этой корзине уже будут лежать овощи. Позор тому, кто дурно об этом подумает!
Мы живём в эру фанерованной мебели. Часто слышишь, как говорят: «Такие-то удачно выдали свою дочь», и скромное наречие «удачно» предполагает, что все выгоды были учтены.
Теперь этим просто не хвастают — вот единственная перемена, — в наше время это недопустимо. У нас господствует сентиментальное притворство. Родителям даже рекомендуется добавить: «И знаете, они обожают друг друга!» Это уже похоже на фанеру из палисандрового дерева.

— Там. Я вижу землю.
— Три мили — и ты на месте. Никакой активности на авиабазе. Похоже, о перехватчиках можно не волноваться.
— Отлично. Тогда у нас есть время на небольшой брифинг.
— Я знаю, ты соскучился по мне, Кев. Но я уже обо всём проинформирован.
— То же самое ты сказал перед Монтенегро. Ладно, просто шучу, приятель. Твоя задача — высадиться в Абхазизии, нейтрализовать террористов, восстановить законное правительство... или то, что от него осталось. Президент и большинство членов кабинета министров были убиты, а также установлена военная хунта. Террористы использовали нейровзлом на всех высокопоставленных офицерах, а их киборги раскидали рядовых. Несколько лидеров выжило, но они не могут открыто противостоять новому режиму. Поэтому нас и позвали.
— Андрей Долзаев, лидер оккупационных сил. Экстремист, причастный к бойне в Санкт-Петербурге в 2015 году и прошлогоднему теракту в Грузии. Его поставщик оружия — не кто иные, как «Десперадо Энфорсмент».
— Убийцы Н`мани...
— Если мы не остановим их сейчас, то они смогут дестабилизировать весь регион. Но ещё одна немаловажная проблема — это Реактивный Сэм. Полагаю, вы уже встречались.
— Единственная проблема, которую я вижу, это его прозвище. В этот раз я во всеоружии.
— Возможно, он даже не в стране, но всё же смотри в оба. Ох... эм... извини.
— Готов к высадке.