Лера Ларченко, 27.06.1998

Раньше у меня было три выбора: враг, никто или жертва. А он...

— И что потом, мы ушли, и ты просто переключился на новую семью? Сколько прошло времени с тех пор, как мы с Маркусом уехали?
— Все не так.
— Правда? Тогда как? Пожалуйста, расскажи. Я хорошо все помню, ты сказал: «Я приеду, малышка. Я приеду вас навестить». Я помню, потому что я снова и снова, и снова прокручивала эту ситуацию в голове, пытаясь понять, что я сделала не так? Что я сделала не так!? Почему он не приезжает!?
— Сид, я пытался. Когда твоя мать забрала вас, она выставила меня злодеем, во всем винила меня. Я пытался вам рассказать, наши отношения никогда нельзя было назвать стабильными...
— Не вини меня! Не я сделала тебя плохим мужем или плохим отцом. Ты завел другую семью, что маме оставалось?
— Бороться. Она должна была бороться вместе со мной.
— Нет! Это ты должен был бороться за нас! За нашу семью. Что ты за человек? Ты даже нас не навещал. Ты даже не звонил.
— Я должен был быть с Кэт. Она моя дочь.
— Как и я! Как и я!