Татьяна Золотарёва, 07.11.1991

Иной раз прекрасные глаза ранят куда больнее, чем свинцовая пуля.

— Зато ты получишь то, чего всегда хотел.
— И что это?
— Ты дважды пытался повеситься, а теперь король это сделает за тебя.
— Что я за идиот? Я ничего не ценил, Джон.
— Ты что, расклеиваться вздумал?
— Рисование. Раньше я неплохо рисовал. Зря я не слушал в школе.
— В какой школе? Ты там не появлялся.
— Я рисовал лошадей. Жеребцов. Здоровенных, они были как живые. Я многого не сделал в жизни. Хорошего. Ада была права.
— Успокойся, никто тебя не повесит.
— Кто сказал?
— Томми.
— И как этот Гудини освободит меня от кандалов?